Памяти памяти: рецензия на пятый сезон сериала «Страйк»

Памяти памяти: рецензия на пятый сезон сериала «Страйк»

Недавно на зарубежных стримингах вышел новый сезон сериала «Страйк» по роману Джоан Роулинг «Дурная кровь». О том, почему пятая часть экранизации детективного цикла одной из лучших британских писательниц, вышла лучше остальных и оказалась идеальным предпраздничным зрелищем, – в нашей рецензии.

Те, кто читал романы о Страйке, и так знают, почему экранизацию «Дурной крови» нужно смотреть первым делом в первый же выходной – пятая книга в серии вышла не просто самой удачной, но и оказалась в принципе образцовым детективом. Вязкое повествование о расследовании висяка оживлялось не только общим ощущением, что справедливость не имеет всё-таки срока давности, но и взаимодействием сыщиков – Корморана Страйка и Робин Элакотт – героев, и это понятно сразу, обреченных друг на друга, но вот уже пять лет и несколько тысяч страниц, увиливающих от своей судьбы.

Отношения сыщиков – очень трогательные, путаные, идущие в понятном направлении, но постоянно сбивающиеся с пути – и оказались для многих точкой притяжения к книгам. Хотя и детективный талант Джоан Роулинг удивителен, она одна из немногих авторов, которая умеет атмосферу превратить в сюжет:  что в «Гарри Поттере», что в романах о Страйке (эту черту, к слову, уловили создатели обеих экранизаций) при стабильном отсутствии внятного сюжета всё всегда складывается в редкой красоты историю. 

Страйк, Холлидей Грейнджер
Кадр из сериала «Страйк»

Второй главный талант Роулинг – создание обаятельных, становящихся даже немного родными героев – в сериале поддерживается прекрасно собранным кастом. Многие ветераны английского телевидения украсили своим присутствием пятый сезон, но даже на этом благородном фоне сложно не отметить Тома Бёрка (звезда «Сувенира» играет Корморана Страйка) и Холлидей Грейнджер (Робин).

В этом равноценном дуэте меланхоличность Бёрка, деятельная тоска в его глазах, дополняется некоторой горячностью Грейнджер, твердостью и уверенностью ее движений. А в отыгрывании главного на английском телевидении признака влюбленности – складывания бровей в неожиданные фигуры – эти двое преуспели настолько, что где-то там заволновался, кажется, Колин Фаррелл, чемпион в этом виде спорта.

Сезон начинается с того, что к Страйку, мирно пьющему пиво в родном Корнуолле, осторожно подходит незнакомая женщина и просит найти ее мать. Казалось бы, чтобы найти чью-то мать в Корнуолле совершенно необязательно обращаться к одному из лучших лондонских сыщиков, который просто навещает здесь тетю с дядей, но всё дело в том, что мать этой женщины пропала сорок лет назад. Марго Бамборо в 74-м году пошла после работы (она была врачем в частной клинике) в паб, чтобы встретиться с подругой, и потерялась где-то между этими локациями.

Тела не нашли, предполагаемое убийство повесили на орудовавшего тогда в Лондоне маньяка Крида, который похищал, мучил и убивал молодых женщин, дело закрыли, а Марго постарались забыть все, включая ее мужа, коллег, бывших любовников. Не забыли её, в общем-то, только единственная дочь, всю жизнь страдающая от отсутствия даже воспоминаний о родной матери, и лучшая подруга, до которой Марго не добралась в ту злополучную ночь. 

Страйк, Том Бёрк
Кадр из сериала «Страйк»

Выслушав схожий по путаности рассказ, Страйк соглашается почему-то расследовать этот совершенно безнадежный висяк. То ли потому, что он родился в год исчезновения Марго, то ли потому, что его подкупило отчаянное стремление заказчицы разобраться с собственным прошлым – то, чего Страйк все пять сезонов и шесть книг старательно избегает. В тяжелый период собственной жизни – приближение сорокалетия, неизлечимая болезнь тети, которая растила его значительную часть детства, общая тоска и никуда не идущая влюбленность детектива в напарницу – Страйк привычным образом начинает глубже закапываться в чужую, и оказывается, что даже раны сорокалетней давности болят-то, в общем, по-прежнему. 

Страйк и Робин, в которой тоже взыграла жажда справедливости, начинают встречаться с разного рода, достатка и доброжелательности пенсионерами в их чаще всего одиноких квартирах, чтобы узнать всё-таки, что же случилось сорок лет назад; как женщина, шедшая по прямому и знакомому маршруту, сбилась с него. Конечно, этот вопрос и для Роулинг, и для создателей сериала оказывается рамочным: через судьбу Марго Бамборо показывается и судьба феминисток второй волны, и общий поворот британской истории.

Главный вопрос, которым задаются в какой-то момент герои, не только в том, куда же собственно делась Марго, но в том, куда делось время. Когда и насколько сильно всё пошло не туда, украл ли наше светлое будущее маньяк Крид, итальянская мафия, или ещё какие злодеи, известные или не очень. В этом смысле ключевой для нового сезона оказывается тема памяти – о мертвых и о живых, но в основном, пожалуй, о первых. Расследование здесь, как и в недавней экранизации романа о Мегрэ с Депардьё, не столько способ что-то выяснить, сколько запомнить, что в конечном счете не так уж мало.

Страйк, Том Беркут и Холлидей Грейнджер
Кадр из сериала «Страйк»

Страйк, с его пивным алкоголизмом, тяжелым характером и с поразительным стремлением к справедливости, и Робин, в сериале несколько импульсивная, но находчивая и сострадательная до степени остеновских героинь, конечно, раскрывают в итоге преступление, но экранизация «Дурной крови», хотя и вторичная по отношению к роману, оказывается вслед за книгой достаточно мудрой, чтобы показать – найдя убийцу, сложно что-либо по-настоящему исправить, до паба мы все уже не дошли. Но покой, даже сорок лет спустя, найти можно – и это, вероятно, главная мысль, с которой можно встречать праздники в этом году.

Понравился материал? Поделись с друзьями: