Недалекое будущее. В США установлен тоталитарный режим, подавляющий любое инакомыслие, а население живет в условиях крайней нищеты. Для поднятия патриотического духа в стране ежегодно проводится соревнование под названием «Долгая прогулка», в котором участвуют пятьдесят молодых людей. Согласно правилам, участники должны идти не медленнее трех миль в час и не сбиваться с пути. Получив три предупреждения, атлет выбывает — его физически устраняют военные, сопровождающие колонну. Тот, кто выживет, получает денежный приз и исполнение любого желания. В этот раз среди участников затесался Рэй Гаррети (Купер Хоффман), представляющий штат Мэн, однако ему нет дела до вознаграждения.
Все произведения в жанре «королевская битва» в сущности имеют одну и ту же структуру. Сильная сторона такого рода сюжетов — продающий хай-концепт, где персонажи вынуждены участвовать в экстремальной игре до тех пор, пока в живых не останется только один. Наряду с этим у картин с подобной завязкой есть весомый недостаток: они не способны произвести впечатление на искушенного зрителя. В большинстве случаев нет никакой интриги относительно того, кто доберется до финишной прямой, а кого сольют в числе первых.
К тому же, во всех этих историях про то, как бедные соревнуются меж собой на потеху власть имущим и прозябающему в иллюзиях плебсу, всегда прослеживается схожий анти-системный посыл. И хотя его можно назвать вечно актуальным, поистине злободневным он становится лишь тогда, когда окружающая тебя действительность начинает походить на жизнь в одном из дистриктов Панема. И если киноделы не обделены умением грамотно доносить свои мысли (а ещё лучше если у них на руках имеется отличный первоисточник), то прогнозируемость не будет вызывать раздражение.
В этом смысле «Долгая прогулка» Фрэнсиса Лоуренса — это не только добротно состряпанный триллер, но и блестящий образчик своевременного высказывания о наболевшем. Несмотря на то, что оригинальный роман вышел в свет только в 1979 году, работу над ним автор завершил еще во второй половине 1960-х, в разгар печально известной вьетнамской кампании. В ту пору 19-летнего студента-первокурсника Стивена Кинга терзали мысли о судьбе его сверстников, отправленных служить в далекий Индокитай. Эти переживания и натолкнули его на написание дебютной книги.
Аллегория на призыв была столь же изящна, сколь и легко считываема: 100 случайно выбранных парней, на каждом из которых еще и надет алюминиевый жетон с порядковым номером, становятся участниками состязания, где любое нарушение правил, такое как, например, сход с дистанции (читай: дезертирство), карается расстрелом на месте. При этом Майор, чью роль в адаптации сыграл непривычно инфернальный Марк Хэмилл, всегда выглядит бодрым, успевает поспать и даже принять душ. Сейчас, когда ценность человеческой жизни по всему миру вновь упала до исторического минимума, такой иносказательный ряд точно должен срезонировать с духом времени (upd: лента «Долгая прогулка» с треском провалилась в американском прокате).
При перенесении текста на большой экран количество ходоков уменьшилось вдвое, под нож попали некоторые сюжетные линии, а персонажи подрастеряли в объемности. Наглядный тому пример — разница в мотивации Гаррети в романе и фильме. Если в книге главный герой руководствовался прежде всего непреодолимым и нерациональным желанием присоединиться к колонне, то в адаптации им движет исключительно месть. Справедливости ради, в этом конкретном случае изменение внутреннего стимула пошло истории на пользу: Рэй стал более понятным и заслуживающим сочувствия в глазах зрителей.
Радикальную трансформацию претерпел и образ лучшего друга протагониста. У Кинга Питер Макфрис был циничным пессимистом с суицидальными наклонностями, тогда как у Моллнера и Лоуренса он превратился в поэтичного жизнелюба, способного видеть свет в конце тоннеля. Нельзя в этой связи не отметить очередной впечатляющий перформанс Дэвида Джонссона («Чужой: Ромул»). В фильме именно Макфрис, а не одержимый собственной вендеттой Гэррети, выступает в роли главного морального камертона. Он добр даже к семье зевак, собравшихся у обочины поглядеть на марш обреченных.
К слову, о зрителях: в экранизации почти нет массовых сцен с толпами болельщиков. Объясняется это тем, что технологии с момента публикации романа шагнули вперед, и в мире «Долгой прогулки» отпала надобность лично присутствовать на этом марафоне. По сюжету маршрут ходоков пролегает через родной город главного героя, однако до этого ровным счетом никому нет дела, кроме матери Рэя. Теперь у каждого американца есть возможность смотреть прямую трансляцию из дома. Было бы еще аутентичнее, если бы она велась с воздуха.
На самом деле, то, что Лоуренс отказался от эпизодов с большим количеством статистов, было абсолютно правильным решением, и не только потому что книжная версия квеста в нынешних реалиях смотрелась бы излишне театрально. За весь фильм толком так и не покажут, как на сей убийственный марафон реагируют простые люди, за исключением пары случайных прохожих с флегматичными лицами и одной девочки с транспарантом.
Если бы создатели картины четко следовали букве первоисточника, то фокус бы немного сместился со страданий участников на критику в адрес медиа, нормализующих насилие в эфире, и потребителей подобного снафф-контента. Затертый до дыр этический вопрос о том, есть ли вина публики в продолжении бойни, в ленте затрагивается неохотно. Тем более, что корень всех бед кроется в другом. Не по годам мудрый Макфрис пресекает эту дискуссию, парируя тем, что люди не виноваты, что их приучили так думать. Но, главное, что верно расставленные акценты усилили основную мысль и положительно сказались на динамике.
В «Долгой прогулке» практически нет ничего лишнего: диалоги неплохо раскрывают характеры персонажей и служат ключом к пониманию фильма, а автоматные очереди хотя и закономерно превращаются в рутину, с каждым новым повторением оглушают не меньше, чем в первый раз. Несмотря на то, что определить конечную тройку можно без труда уже на моменте с перекличкой, развязка все равно шокирует вас. Джей Ти Моллнер решил завершить историю иначе, и это, наверно, лучший альтернативный финал среди экранизаций книг Стивена Кинга со времен «Мглы» Фрэнка Дарабонта.
В отличии от романа, где последний из ходоков продолжил шагать вслед за таинственной темной фигурой (тонкая аллегория на ПТСР), в экранизации этот силуэт отсутствует, но победитель, сделавший выбор (о справедливости которого красноречиво говорит реакция зала) все равно решает идти дальше, поскольку, как мы помним, в этом забеге нет финишной черты. Да и победителей тоже нет.
Понравился материал? Поделись с друзьями:
Похожие статьи:
